Почти год в Петербурге расследуют дело о мошенничестве, жертвами которого стали более шестидесяти человек: на них оформили кредиты более чем за 165 автомобилей. Обвинение предъявлено одной женщине, заявления о её возможных соучастниках месяцами лежат без решений. Прокуратура Санкт-Петербурга переслала жалобы потерпевших на следователя его руководству, а ущерб от мошенничества в своём письме отнесла к банкам, хотя долги по этим кредитам взыскивают с людей. Теперь потерпевшие пишут Генеральному прокурору Александру Гуцану: по их словам, его приказы в их деле не исполняются, и исправить это может только он.
Орендэй публикует открытое обращение потерпевших по уголовному делу № 12501400009002934 к Генеральному прокурору Российской Федерации. Как устроена мошенническая схема, кто от неё пострадал, как дело расследует ГСУ ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области и как за следствием надзирает прокуратура Санкт-Петербурга, мы рассказывали в материалах о схеме, которую потерпевшие считают работой организованной группы (ЗДЕСЬ), о том, как ГСУ переворачивает дело с ног на голову (ЗДЕСЬ), и о позиции прокуратуры Санкт-Петербурга (ЗДЕСЬ). Ранее мы опубликовали и их открытое обращение к Председателю Следственного комитета.
Генеральному прокурору Российской Федерации Гуцану Александру Владимировичу
Открытое обращение потерпевших по уголовному делу № 12501400009002934
Уважаемый Александр Владимирович!
К Вам обращаются потерпевшие по делу, в котором пострадали более шестидесяти жителей Санкт-Петербурга, Ленинградской области и других регионов, в том числе Оренбурга. На каждого из нас обманом оформили автокредиты за автомобили, которых мы никогда не получали. Мы убеждены, что против нас действовала организованная преступная группа и что большинство её участников до сих пор на свободе.
Мы пишем Вам не с жалобой на следователя — этот путь мы прошли до конца. Мы сообщаем, что прокуратура Санкт-Петербурга не исполняет в нашем деле приказы Генерального прокурора № 730, № 544 и № 487. Кроме Вас, добиться их исполнения некому. Поэтому мы просим Вас о главном: взять надзор за нашим делом на себя и передать дело в Следственный комитет.
Что с нами произошло
Обманывали нас по одной схеме. Через знакомых, которым мы доверяли, нас сводили с женщиной, которая, пользуясь этим доверием, уговаривала оформить автокредиты. Машин мы не получили — их продавали. На нас остались долги на миллионы рублей; банки взыскивают их через суды и нотариусов, у некоторых из нас приставы уже удерживают половину зарплаты.
Одна женщина организовать и реализовать всё это не могла: без работников автосалонов и кредитных специалистов банков такая схема не работает. Первоначальный взнос мы не вносили, а поддельные квитанции о его внесении автосалоны сами представляли в банки. Суммы «услуг» предпринимателей, связанных с салонами, складывались в круглые числа, соразмерные невнесённому взносу. Заявки в банки подавались ещё до наших визитов в автосалоны, а договоры подписывались за считанные минуты. Всё это видно из документов самих банков и салонов. Всего с конца 2022 по сентябрь 2025 года на нас оформлено более 165 автомобилей — по нашим подсчётам, на сумму около полумиллиарда рублей.
Год расследования — одна обвиняемая
Первые заявления в полицию мы подали в январе 2025 года. Уголовное дело о мошенничестве в особо крупном размере возбуждено только 23 октября 2025 года — после девяти месяцев отказов и жалоб, в том числе в суд. Пока заявления лежали, мошенники действовали: по данным прокуратуры Санкт-Петербурга, кредиты оформлялись до 18 сентября 2025 года. Если бы дело возбудили по первым заявлениям, часть из нас могла бы не стать жертвами аферы.
Через год расследования обвинение предъявлено одному человеку. Около ста пятидесяти наших ходатайств — допросить кредитных специалистов и работников салонов, изъять кассовые книги, истребовать выписки, назначить экспертизы — отклонены однотипными постановлениями. Многие из нас не признаны потерпевшими и допрашиваются как свидетели, хотя в постановлениях о возбуждении дел ущерб определён именно нам. В допуске единого адвоката для всех нас отказано.
Коллективные заявления пострадавших о тех, без кого не выдали бы ни одного кредита, следователю, у которой всё дело, не переданы. Коллективное заявление о проверке причастности кредитных специалистов банков к совершению преступления в составе организованной группы мы подали 1 мая 2026 года начальнику ГУ МВД (КУСП № 1892) — его отправили в 42-й отдел полиции Красносельского района (КУСП № 7793), где не совершено ни одного из преступлений по нашим автокредитам. Коллективное заявление о подделке квитанций и о работниках автосалонов мы подали 5 августа 2026 года через прокуратуру Санкт-Петербурга; оно зарегистрировано в КУСП под № 7668, а куда передано дальше и что по нему решено, нам не сообщили. Решений нет ни по одному из них, как и по заявлениям Евгения Генералова, Дмитрия Масловского и других потерпевших, которые они подавали с 2025 года. Закон отводит на решение по заявлению о преступлении от трёх до тридцати суток; наши заявления ждут его до двадцати одного месяца.
Так дело раздроблено: основное, где есть обвиняемая, — у следователя ГСУ, заявления о возможных соучастниках — в другом отделе полиции или неизвестно где, и увидеть организованную группу целиком не может никто. А ведь фамилии тех, кто подписал поддельные квитанции о взносах, которых не было, напечатаны на самих квитанциях, и проверить, вносились ли деньги в кассу, — дело одного запроса. Срок давности за подделку документов — два года: по части квитанций он уже истёк, по части других истекает 31 октября и 1 ноября 2026 года.
Вывод простой: за год следствие так и не взялось за тех, без кого схема не работала.
Как надзирает прокуратура Санкт-Петербурга
Более ста жалоб на ненадлежащее рассмотрение наших ходатайств и немотивированность постановлений следователя мы подали прокурору Санкт-Петербурга по статье 124 УПК РФ, прося применить надзорные полномочия. Ни один из нас не получил постановления прокурора: письмами в августе 2026 года, в том числе от 3 и 11 августа, наши жалобы направлены в ГУ МВД — то самое ведомство, должностное лицо которого вынесло обжалуемые решения. Ответы получили лишь некоторые из нас: заместитель начальника того же отдела, где служит следователь, отказал по всем жалобам одним постановлением. Остальным не ответили вовсе. Жалобу на то, что заявление о кредитных специалистах было направлено в Красносельский район, прокуратура переслала в то же ГУ МВД. Ответ был предсказуем: такие действия «не создают препятствий для доступа к правосудию», хотя этим решением материалы обстоятельств работы преступной схемы были раздроблены и разобщены между разными органами.
В июле 2026 года мы были в прокуратуре города на личном приёме. После этого пришло письмо от 17 августа 2026 года, направленное одному из нас «для уведомления остальных заявителей»: обвиняемая «приискала в качестве фиктивных заемщиков» не менее шестидесяти человек и причинила ущерб кредитным организациям.
5 октября 2026 года заместитель прокурора города ответил одному из нас, что пересылка жалоб в ГУ МВД «не противоречит закону», ведь органы прокуратуры «не подменяют иные государственные органы». Но рассмотреть жалобу на следователя — прямая обязанность прокурора по статье 124 УПК РФ, а не «подмена». В том же ответе сказано, что 21 сентября 2026 года прокуратура потребовала от ГУ МВД устранить нарушения, в том числе статьи 6.1 УПК РФ о разумном сроке, и требование «рассмотрено и удовлетворено». Значит, нарушение разумного срока прокуратура признаёт. Но что именно потребовано, нам не сообщили, а изменений мы не видим: обвиняемая по-прежнему одна, заявления о возможных соучастниках по-прежнему без решений. Значит, принимаемые прокуратурой города меры реагирования неэффективны и недостаточны. Пересылка жалоб показывает, что вникать в наши доводы о необъективности расследования прокуратура города не стала.
Заканчивается ответ заместителя прокурора города предложением обжаловать его «вышестоящему прокурору либо в суд». 24 сентября 2026 года Смольнинский районный суд Санкт-Петербурга отказался рассматривать нашу жалобу на бездействие прокуратуры города, указав, что действия надзирающего прокурора в таком порядке не обжалуются. Остаётся вышестоящий прокурор. Над прокуратурой Санкт-Петербурга в целом — это Вы.
В итоге надзор прокуратуры города в нашем деле свёлся к пересылке наших жалоб тем, на кого мы жалуемся, и к повторению позиции следствия.
Оценить полноту следствия прокуратура города обещает, когда дело поступит к ней с обвинительным заключением. Но тогда будет поздно: сроки давности за подделку истекут, а материалы о возможных соучастниках могут выделить в отдельное дело «в отношении неустановленных лиц» и приостановить.
Почему проверить законность решений прокуратуры Санкт-Петербурга может только Генеральный прокурор и о чём мы его просим — на схеме № 6.
«Приобщено к делу» — или укрыто от учёта?
На вопрос, что стало с частью наших заявлений, нам устно отвечают: их просто приобщили к уголовному делу. Такого решения уголовно-процессуальный закон не знает. По статье 145 УПК РФ по сообщению о преступлении принимается одно из трёх решений: возбудить уголовное дело, отказать в возбуждении или передать сообщение по подследственности — и о решении сообщается заявителю. Эпизоды из этих заявлений никому не вменены, дела по ним не возбуждены, о решениях заявителям не сообщили; вне статуса потерпевшего пострадавшие лишены защиты на предварительном следствии, равно как и не могут предъявить гражданский иск о возмещении причинённого ущерба.
Положение о едином порядке регистрации уголовных дел и учёта преступлений, утверждённое совместным приказом Генеральной прокуратуры, МВД России и других ведомств, считает преступление укрытым от учёта, если по нему, несмотря на наличие поводов и оснований, в установленный законом срок не принято процессуальное решение — о возбуждении уголовного дела или об отказе в возбуждении по нереабилитирующим основаниям. С нашими заявлениями произошло именно это, поэтому преступления, о которых в них сообщается, мы полагаем укрытыми. Выявлять такие преступления прокуроров обязывает пункт 1.8 Вашего приказа № 730. По некоторым заявлениям прокуратура мирится с этим уже двадцать один месяц, и без Вашего вмешательства, судя по всему, положение не исправить.
Заявление, которое до двадцати одного месяца лежит без решения, — по нашему убеждению, не «приобщённый материал», а укрытое преступление.
Где находятся заявления о возможных соучастниках и сколько месяцев каждое из них ждёт решения — на схеме № 7.
Что нарушено
Александр Владимирович, мы сообщаем Вам: Ваши приказы прокуратурой города Санкт-Петербурга не исполняются.
Приказ № 730 от 23 октября 2023 года (надзор за приёмом, регистрацией и разрешением сообщений о преступлениях) требует надзирать за каждым сообщением до законного решения (п. 1.3), при волоките — ставить вопрос об ответственности виновных (п. 1.2), не допускать передачи сообщений по подследственности без достаточных оснований и проверять законность такой передачи (п. 1.5), следить за уведомлением заявителей (п. 1.1). Этого не сделано: заявления ждут решения до двадцати одного месяца, заявление о кредитных специалистах ушло в район, где преступлений не было, о судьбе заявления о подделке нам не сообщили. В результате возможные соучастники не проверены, а сроки давности истекают либо истекли.
Приказ № 544 от 17 сентября 2021 года (надзор за следствием) называет защиту потерпевших приоритетом (п. 1.1); требует своевременно признавать пострадавших потерпевшими, добиваться ареста имущества тех, кто отвечает за вред, а при бездействии прокуроров — рассматривать вопрос об их персональной ответственности (п. 1.6); не допускать формального подхода к требованиям о разумном сроке (п. 1.13); по каждой жалобе на следователя выносить постановление (п. 1.17). Вместо этого ущерб прокуратура города относит к банкам, многих из нас не признают потерпевшими, имущество тех, кто получил деньги из оформленных на нас кредитов, не арестовано, а из нас никто не получил ни одного постановления прокурора.
Приказ № 487 от 24 августа 2021 года (рассмотрение жалоб) поручает жалобу на следователя надзирающему прокурору (п. 7): проверить доводы за три, максимум за десять суток (пп. 5, 6), вынести мотивированное постановление (п. 8), потребовать устранить нарушения (п. 11). Направление жалобы подчинённому прокурору приказ допускает (п. 3), а в орган следствия — нет. По нашим жалобам подчинённые Вам прокуроры доводы не проверили и постановлений не вынесли. В результате доводы, которые вправе разрешить только прокурор, уже несколько месяцев не рассмотрены по существу ни одним прокурором.
Если считать наши жалобы обращениями граждан, их нельзя направлять тому, чьи действия обжалуются (часть 6 статьи 8 Закона об обращениях граждан, пункт 3.2 Инструкции, утверждённой приказом Генерального прокурора № 45). Если считать их жалобами по статье 124 УПК РФ, по каждой нужно мотивированное постановление прокурора (п. 8 приказа № 487). Прокуратура города не сделала ни того, ни другого: жалобы пересланы в ГУ МВД, постановлений прокурора мы не получили.
Уголовно-процессуальный кодекс. Вместо тридцати суток на решение по заявлению о преступлении (статьи 144–145) — до двадцати одного месяца. Вместо разумного срока (статья 6.1) — год следствия, одна обвиняемая, раздробленные материалы, ни одного решения по заявлениям о возможных соучастниках. Полномочия, чтобы это исправить, прокурору дала статья 37 УПК РФ; ими прокуратура воспользовалась, направив 21 сентября 2026 года требование, содержания которого мы не знаем, а результата не видим, и объективно считаем недостаточными и не эффективными.
Ваш приказ называет защиту потерпевших приоритетом, а многих из нас до сих пор не признают потерпевшими. Либо Ваши приказы действуют и в Санкт-Петербурге, либо нет. Ответ на этот вопрос можете дать только Вы.
Какие требования приказов не исполнены, к чему это привело и что вправе сделать Генеральный прокурор — на схеме № 8.
Почему разобраться можете только Вы
Мы просим не направлять это обращение в прокуратуру Санкт-Петербурга и не поручать ей ни проверку, ни приём. Основания для этого:
— по нашим жалобам прокуратура города своё решение уже приняла — переслать их в ГУ МВД (письма от 3 и 11 августа), а ответом заместителя прокурора города от 5 октября 2026 года признала пересылку законной; в нижестоящую прокуратуру направляются обращения, по которым её руководители решений не принимали (п. 3.2 Инструкции № 45);
— мы обжалуем действия прокуратуры Санкт-Петербурга как органа, а не отдельного её работника; жалобу же нельзя направлять тому, чьи действия обжалуются (часть 6 статьи 8 Закона об обращениях граждан);
— жалобы на действия и решения прокурора разрешает вышестоящий прокурор (п. 4 приказа № 487);
— в порядке статьи 125 УПК РФ суд жалобу на прокуратуру города рассматривать отказался, а сама прокуратура предложила обжаловать её ответ вышестоящему прокурору.
Переслать наше обращение в прокуратуру Санкт-Петербурга — значит поручить ей проверять саму себя: мы жалуемся именно на её решения.
Есть и ещё одна причина не полагаться на доклады снизу. Весной и летом 2025 года часть наших заявлений о мошенничестве с автокредитами поступила в 87-й, 97-й и 128-й отделы полиции Всеволожского района Ленинградской области. Месяцами по ним были отказы или молчание, а уголовные дела там возбудили лишь в феврале — марте 2026 года. Руководителей этих трёх отделов, по сообщениям СМИ, в июле 2025 года арестовали по делам о взятках. Надзирать за проверками была обязана Всеволожская городская прокуратура. Ее бывшего прокурора, по сообщениям СМИ, осенью 2025 года арестовали по обвинению в получении взятки в особо крупном размере; по тем же сообщениям, обвинение относится ко времени его работы во Всеволожске, вину он отрицает. Связаны ли эти аресты с нашими заявлениями, мы не знаем и этого не утверждаем. Но этот пример показывает: под следствием может оказаться и прокурор, поэтому слепо доверять докладам подчинённых нельзя. Мы просим Вас не принимать на веру доклады прокуратуры Санкт-Петербурга, а сверить их с документами дела, а также выслушать нас.
Мы публикуем это обращение открыто, чтобы о нарушениях в нашем деле было известно не только нам. А нарушения продолжаются и сегодня: заявления лежат без решений, жалобы прокурором по существу не рассмотрены.
Потерпевшие — банки, а долги — на нас
Прокуратура города пишет, что ущерб причинён банкам, — при этом долги по этим кредитам банки взыскивают с нас. В постановлениях же о возбуждении уголовных дел прямо сказано, что ущерб причинён лицу, на которое оформлен автокредит; часть из нас признана потерпевшими, и эти постановления не отменены. Надзирающий прокурор не может придерживаться обеих версий сразу. Как именно нас обманули — предмет доказывания по делу (пункт 1 части 1 статьи 73 УПК РФ), и предрешать его письмом до окончания следствия было нельзя.
Пока же следствие допрашивает нас, а допросить кредитных специалистов банков и работников автосалонов, как мы просили, отказывается.
Кому это выгодно? Мы не берёмся предполагать. По одну сторону — шестьдесят человек с долгами за машины, которых они не получали, по другую — те, кто на этих машинах заработал. Нам хочется верить, что личные связи, коррупция и административный ресурс здесь ни при чём. Но если объяснение не в них, его должны дать те, кто принимал решения по нашему делу.
О чём мы просим
Мы просим Вас, уважаемый Александр Владимирович, воспользоваться полномочиями, которые закон даёт Генеральному прокурору:
- Изъять уголовное дело № 12501400009002934 вместе со всеми материалами проверок о возможных соучастниках из ГСУ ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области и передать его для расследования в Следственный комитет Российской Федерации (пункт 12 части 2 статьи 37 и статья 151 УПК РФ, п. 1.6 приказа № 730). Все, кто принимал решения по нашим заявлениям и жалобам, служат в одном ведомстве — ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области. В его 87-м, 97-м и 128-м отделах полиции УМВД России по Всеволожскому району Ленинградской области по нашим заявлениям о мошенничестве месяцами отказывали в возбуждении дела или не отвечали вовсе. Дело расследует ГСУ того же ГУ МВД, а заявления о возможных соучастниках разошлись по другим его отделам полиции. Наши жалобы на следователя прокуратура переслала туда же, и их отклонил заместитель начальника того отдела ГСУ, где служит следователь. Нельзя требовать от ведомства, чтобы оно объективно проверило само себя. Преступления сотрудников полиции и прокуроров по закону расследует Следственный комитет — и дела об арестах во Всеволожске, по сообщениям СМИ, расследует именно он. Если между этими делами и нашим есть связь, увидеть её сможет только Следственный комитет.
- Взять надзор за расследованием на уровень Генеральной прокуратуры Российской Федерации, поставить дело на контроль и не поручать надзор прокуратуре Санкт-Петербурга.
- Потребовать устранить нарушения статей 144–145 УПК РФ (пункт 3 части 2 статьи 37 УПК РФ): принять законные решения по заявлениям о кредитных специалистах банков (КУСП № 1892, в 42-м отделе полиции — №7793), о подделке квитанций и о работниках автосалонов (КУСП № 7668), Е.А. Генералова (КУСП № 4598 от 30 марта 2025 года и № 3877 от 6 мая 2026 года), Д.А. Масловского (КУСП № 6401 от 13 мая 2025 года и № 2328 от 3 июня 2026 года) и по всем иным заявлениям, поданным с января 2025 года, — перечень мы представим; принимать их по результатам полной проверки — с объяснениями работников автосалонов и кредитных специалистов и истребованием кассовых документов; прекратить «приобщение» заявлений к делу без решения и уведомить каждого заявителя. По коллективному заявлению о подделке официальных документов принять решение — до истечения срока давности.
- Потребовать устранить односторонность расследования (пункт 3 части 2 статьи 37 УПК РФ): проверить роль кредитных специалистов и работников автосалонов, «партнеров» автосалонов, изъять кассовые документы, назначить экспертизы, оценить поддельные квитанции о взносах, которых не было; признать потерпевшими всех, кому причинён ущерб; принять меры к аресту имущества тех, кто получил деньги из оформленных на нас кредитов (п. 1.6 приказа № 544).
- Истребовать у прокуратуры Санкт-Петербурга мотивированное заключение по нашим жалобам и копии актов реагирования, в том числе требования от 21 сентября 2026 года (п. 10 приказа № 487), и оценить законность её решений.
- Принять представителей потерпевших лично в Москве. Мы представим все документы, чтобы Вы сами сравнили то, что докладывают из Санкт-Петербурга, с тем, что лежит в деле.
Мы уже обратились к Председателю Следственного комитета Александру Бастрыкину с сообщением о признаках халатности должностных лиц, в производстве и под надзором которых находились наши заявления. Такое сообщение Следственный комитет обязан проверить. Мы просим Вас не дожидаться итогов этой проверки и устранить нарушения, которые относятся к Вашей компетенции. Передать дело в Следственный комитет вправе прокурор — и мы просим об этом Вас. У каждого ведомства своя компетенция, а цель у нас одна — объективное расследование: только оно восстановит наши права и позволит установить и привлечь к ответственности всех участников мошенничества.
Мы пишем открыто не для того, чтобы кого-то очернить. Публичность — вынужденный шаг: другого способа быть услышанными нам не оставили. 23 октября 2026 года истекает год расследования, 31 октября и 1 ноября — сроки давности по части квитанций. За каждым из нас — семья и долг за машину, которой мы не видели. Мы просим, чтобы приказы Генерального прокурора действовали и в нашем деле, — и верим, что после Вашего вмешательства так и будет.
С уважением и надеждой — инициативная группа потерпевших