ВидеоПортал
УПСК 5
Главная / Архив новостей / Новостная лента

Великая Отечественная война глазами ребенка

Реклама на сайте
Когда началась Великая Отечественная война, мне было 5 лет.
Великая Отечественная война глазами ребенка

«Цыпленок войны» - пятилетняя девочка… Я сама порой удивляюсь, как ясно помню события тех лет. Будто все было вчера… Детство мое пришлось на лихие военные и послевоенные годы. Голодное время, нищета, жизнь в потемках без электричества, в холоде - так как печку топить было нечем. Все выживали, кто как мог. Мои родители выживали кропотливым трудом.

Огород за рекой Сакмарой

С самой ранней весны до поздней осени ухаживали за ним. Помню, как пешком шли через весь Маяк к реке, к переправе. Там дежурил на лодке наш сосед дядя Коля. Он перевозил нас на тот берег. На противоположной стороне реки посреди леса была большая поляна, озеро. Там и сажали большой огород. Для меня, пятилетней девочки, здесь было настоящее раздолье: до самого вечера на реке, на теплом песке. Родители дружно хлопотали у костра - готовили еду. Папа ловил рыбу. Иногда счастливилось доставать из речки соменка. Подкапывали картошку. И вот уже была готова аппетитная уха, чай на чабреце и мяте, печеная в золе картошка. Разве можно забыть это…

В свободную минуту мы с папой шли за ежевикой. А грибы! Особенно восхитительные опята. Сыроежки беленькие. Гладенькие. Насобираем - и в суп, и на зиму насушим. Собирали и сушили подорожник от нарыва и ароматные травы для чая. А уж без ягод шиповника, торна, калины не одна зима не обходилась. Вот так щедро кормил нас Батюшка Лес - все бери, только не ленись. И мы не ленились. Собирали-сушили, чтобы запасов хватило до следующего года.

К осени собирали урожай с огорода - картошку, морковь, свеклу, фасоль, горох, тыквы, арбузы и дыни. Арбузики были совсем маленькие, а дыни - медовые и ароматные.

Машин в то время не было. Весь урожай перевозили до дома на верблюде, запряженном в огромную телегу. Та этом же верблюде привозили из леса дрова, которые запасали целое лето.

Спасибо лесу за щедрость, которая помогла нам выжить в голодное время!

Шел третий год войны…

Не помню, как мне в руки попал листок из букваря. Я его ясно помню и сейчас, потому что это была единственная радость в то время. Мне очень хотелось научиться писать и читать. Но на чем же писать? Ни захудалого листочка бумаги, ни огрызка карандаша не было. Но желание было так велико, что я сама нашла выход, придумала своеобразную тетрадь. Ее мне заменили наши окна. Окна в доме часто запотевали и я пальчиком выводила буковки. В комнате было 5 окон, и все они были исписаны мною. Первые буквы мне давались с огромным трудом. Сама по себе стала самоучкой.

Постепенно научилась читать слоги, писать и считать. В школу пошла с радостью. Собирали меня всем миром. Соседка тетя Оля из своей юбки сшила мне сарафан. Где-то раздобыли холщевую сумку. В косичке было самое большое мое богатство - атласная лента.

В школе в каждом классе была печка. Она практически не грела. Все тепло выдувалось ветром из щелей окон - их нечем было заклеить. У нас были чернильницы-непроливайки и ручки с перьями, мы их называли «лягушками». Чернила замерзали, и кляксы то и дело портили наши труды.

К учительнице мы относились трепетно: уважали и слушались во всем. Выходили из дома пораньше и шли ее встречать. Помогали нести сумку с тетрадями - это было для нас святое. Звали ее Анна Ивановна Рыжикова - моя первая учительница.

В школе кормили нас пшенной кашей с малюсеньким кусочком хлеба, и это для многих деток было настоящим праздником…

Про сладости….

Я часто оставалась дома одна, привыкла к этому и смирилась. Мама уходила рано утром добывать еду. Около госпиталя из столовой выносили очистки, а когда повезет, попадалась и мелкая картошка и даже косточки мясные. Я ждала, когда мама вернется. Наблюдательный пункт - подоконник. Ждать приходилось часами. Часто засыпала под окном. И какое счастье было, когда видела, что мама приближается к дому! Она, бросив котомки у порога, раскрывает объятия.

А завтра? Завтра все повторится…

Ели что попало. Спасал нас жмых из подсолнуха и сок. Он был белый и сладковатый, колючий подсолнечник обдирал нос.

Папа работал на железной дороге. Там убирали вагоны и бывало, выбрасывали гнилые яблоки и груши. Гнилушки для меня были самым любимым лакомством, вроде варенья.

Помню, как мама водила меня к одному дому. Открывалась калитка (в дом нас никогда не заводили) и выносили мешочек. Мешочек давали мне в руки. Это была бесценная драгоценность…. Сухари. И даже белые от булочек. Я обязательно делюсь с мамой. А потом, когда мешочек пустел, я удивлялась - откуда у мамы нашелся еще один кусочек для меня!

А сосульки! Сколько же их было съедено мною, не передать словами. Жемчужные красавицы, искрящиеся на солнце, пропахнувшие ветром да солнцем! Настоящее лакомство! Вкуса конфет я не знала, потому что никогда и не видела их. Конечно, я слышала, что около паровозного завода есть базарчик, где продают всякую сладость, и конфеты в том числе. Но это было не для нас: денег-то не было…Однажды в летний день моя старшая сестра повела меня на базар. Я была самым счастливым ребенком на свете! Тогда я впервые увидела разноцветные монпансье - блестящие маленькие горошины. Сестра купила мне одну конфету. Я не успела даже насладиться вкусом, как вдруг проглотила крошечный леденец, и так расплакалась из-за этого, что все, кто был вокруг, бросились к нам, не понимая. Какая беда случилась. Кое-как успокоили…

Скрипка

Встреча эта произошла в конце войны. Мамы и папы не было дома. Во двор под окно пришел высокий мужчина. Он был странно одет и в руках держал скрипку. Он остановился и начал играть. Я радовалась, плясала, а он все играл и играл. Но вот игра закончилась, он положил скрипку в футляр, помахал мне рукой, и, не произнеся ни слова, ушел.

Позже родители рассказали, что это был пленный немец. Так произошла моя первая встреча с немцем. Пленные работали недалеко от нашего дома на кирпичном заводе…


Видео реклама

№ 15044
требуется журналист